В Киеве поздно спохватились: ВСУ поняли, что задумывал Суровикин

При создании оборонительной структуры, главное — не просто строительство из бетона и земли, а разработка эффективной системы огневой поддержки. Важно спланировать систему огня, а затем уже приступать к строительству с использованием бетонных и земляных работ. Эти меры направлены на обеспечение долгосрочной функциональности системы, учитывая постоянные попытки противника ее уничтожить.

Система огня включает в себя различные компоненты, такие как артиллерия, реактивные установки, армейская и фронтовая авиация, полевые аэродромы и площадки для взлета, а также множество других элементов.

К системе огня относится также система логистики: подвоза материальных средств, боеприпасов, эвакуации раненых. Сюда же относятся системы разведки, связи, система целеуказания, система пунктов управления всех уровней. Противник не будет безучастно наблюдать, как ему противодействуют, поэтому, помимо основных позиций, требуется также предусмотреть запасные, резервные и временные позиции.

Кроме перечисленного, строительство системы обороны предусматривает систему позиций и огневых рубежей для армейской авиации, бронегрупп, противотанковых резервов (с подвижными отрядами минно-взрывных заграждений), систему наблюдения, систему минных полей с оценкой танкоопасных направлений, систему ПВО и ПРО по прикрытию важных военных объектов и войск.

Причем это все должно быть взаимосвязанно по времени реакции каждого элемента оперативного построения и боевых порядков. Если не будет взаимосвязи по времени «включения» каждого элемента, противник, который постоянно изучает и прощупывает нашу оборону, поймет, где брешь и ударит в нее.

И только после того, как все эти системы спланированы и распределены с учетом особенностей местности и оснащенности противника, начинаются «земляные и бетонные работы».

Под создание вышеперечисленных систем войска оборудуют позиции в объеме Первой и Второй очереди, предусматривая возможность последующего совершенствования и поддержания в боеготовом состоянии. Это не учения, а война, здесь надо восстанавливать и развивать системы обороны с учетом постоянно меняющейся обстановки. Где-то противник нащупал слабину и надо ее закрывать, где-то он вытащил резервы, о которых мы не знали и надо укреплять оборону там, где изначально не планировалось. Возможности такого развития должны быть заложены с самого начала и под них должны быть запланированы ресурсы.

Войска при этом должны быть распределены вплоть до каждого солдата, который должен знать свой сектор и свой маневр. Это колоссальная работа командиров и командующих всех уровней в соответствии с замыслом, который главнокомандующий на театре военных действий (ТВД) принимает лично и несет за это персональную ответственность, обеспечивая поддержкой выстроенную многоуровневую оборону. Особенности всей выстроенной обороны, в том числе с учетом ее возможных усовершенствований, знает только сам главнокомандующий на ТВД.

В свою очередь, каждый командир на каждом направлении, выстраивая под единым замыслом старшего начальника свою полосу обороны, знает особенности на своем направлении.

При этом главнокомандующий на ТВД должен так спланировать военные действия, чтобы иметь силы и возможность своевременно оказать помощь и поддержку огнем, силами, ресурсами любому командиру на любом из направлений.

Как правило, первый эшелон обороны строится во многом вручную, включая фортификацию саперными лопатками под огнем противника. Второй эшелон строится силами военной инженерной техники и инженерных подразделений. Если нет непосредственного соприкосновения с противником, то оборона второго эшелона и стратегического эшелона может также оборудоваться с привлечением гражданской техники (из народного хозяйства).

Это если совсем в общем, а деталей еще столько, что если их описывать — на целый книжный шкаф хватит.

В целом это титаническая работа по организации обороны с постоянной работой на местности на каждом из направлений. Эту работу делают командиры, но с обязательной работой главнокомандующего группировкой с каждым из командующих на местности.

Это не штабная работа, потому что главнокомандующий на ТВД должен лично видеть, как выстраивается оборона, а не только по докладам иметь представление об этом. Поэтому главнокомандующий на ТВД в обязательном порядке перемещается по линии фронта и на местности оценивает, как задуманный им план воплощается в жизнь. Неизбежно что-то будет корректироваться, что-то приниматься как есть. И все это происходит под огнем противника.

По информации одного из офицеров штаба группировки, который непосредственно видел, как строилась «линия Суровикина», работа по организации обороны главкомом с оперативной группой офицеров группировки, с командующими, велась практически круглосуточно еще с начала октября 2022 г. по январь 2023 г. включительно. Фортификационное оборудование рубежей, позиций и районов производились одновременно и постоянно контролировались.

После перехода непосредственно к «земляным и бетонным работам» такие масштабные мероприятия требовали большого количества строительных материалов и техники. Армия могла строить, но армия не производит бетон, металл и многие другие необходимые для непосредственного создания оборонительной линии материалы. Поэтому огромную роль в оборудовании траншей, окопов, землянок, блиндажей, тыловой инфраструктуры — сыграли главы новых субъектов РФ и губернаторы с «Большой земли». В первую очередь военные отмечают заслуги в создании «Линии Суровикина» губернатора Крыма — Аксенова, Москвы — Собянина, Приморского края — Кожемяко.

Организацию работы по оборудованию позиций второго и стратегического эшелонов в части обеспечения строительными материалами, техникой и рабочими руками из народного хозяйства взял на себя вице-премьер Хуснуллин. В целом работу с населением по оказанию взаимодействия, помощи армии в выстраивании обороны — Кириенко (первый заместитель руководителя Администрации президента Российской Федерации).

При принятии решения о том, что надо строить «линию Суровикина», Суровикин как автор всего, что описано здесь выше, убеждал и убедил вышестоящее руководство в правильности такой концепции. Суровикин доказал, что на том этапе СВО и при том состоянии нашей армии и армии противника (с учетом перспектив появления у противника современных видов вооружений), без выстраивания обороны и создания оборонительной группировки, не может быть создана наступательная группировка. Он также обосновал, что в будущем наступление возможно только с опорой на созданную оборону. Так все и оказалось на самом деле.

Роль министра обороны с точки зрения чисто военного компонента обороны соответствует тому, что он не военный. Наверное, и не нужно от него ждать чего-то другого. Военные и то не все могут построить оборону уровня сложности и эффективности, как «линия Суровикина». Военные, которые строили линию, говорят, что министр два-три раза лично прилетал, оценивал тыловой компонент оборонительной линии. Постучал пальцем по обшитому бревнами блиндажу, скупо похвалил, но отметил, что можно было бы сделать лучше и из других видов бревен.

Военные полагают, что министр как человек сугубо гражданский, воспринимает оборонительную линию как стройку. То, что строительные конструкции это, примерно, 3-5% от всего объема работ, причем не основных работ из общей организации обороны, гражданский человек знать едва ли может. В то же время, тот, кто не знает, как военные строят оборону, и не сможет в нее вмешиваться. В этом есть свои плюсы.

По чисто строительным вопросам в целом все проходило относительно гладко, если не считать жесткого спора между министром обороны и главой Крыма Аксеновым. Аксенов не очень хорошо воспринял попытку вмешательства министра в строительные вопросы, которые Аксенов курировал в контакте с военными. Но и это прошло.

Почему «линия Суровикина» вызвала такой сильный резонанс во всем мире и уже, пожалуй, вошла в историю под этим названием? Эта оборона однозначно построена нестандартно. Это не просто учебник по оборонительной теории и практике, привязанный к местности. И вопрос не только в очень больших масштабах этой линии.

Украинская армия, пытаясь преодолеть оборону Суровикина, сталкивалась с неожиданными сюрпризами, поэтому и не преодолела ее. Нестандартность и есть важный фактор успеха этой оборонительной линии. Но особенности, почему она так построена может знать только автор – сам Суровикин. Может быть, когда-нибудь мы это узнаем в деталях из работ исследователей. Пока время не пришло.

Надо отметить еще один важный момент. Переход к обороне как основе лишения ВСУ боеспособности и выстраивание «линии Суровикина» стали возможны только потому, что Верховный Главнокомандующий РФ В.В. Путин выслушал доводы всех и принял решение строить эту грандиозную систему обороны. И только после этого военные под руководством Суровикина, с участием гражданских под руководством перечисленных выше «генералов» народного хозяйства, смогли реализовать замысел этой «плахи для ВСУ» на практике.