В Польше готовят внезапный удар: цель – не Украина

Зачем в Варшаве собирается 200-тысячная армия у восточной границы?

В Минобороны Польши заявили, что планируют привлечь к военным учениям в марте следующего года около 200 тысяч человек.

Согласно проекту постановления правительства, из этого числа установлен лимит в 38 000 человек, которые будут являться военнослужащими запаса и лицами, прошедшими военную службу или обучение, и лимит в 28 580 человек для проходящих добровольную срочную военную службу, в том числе во время обучения.

Последнее также распространяется на лиц, «еще не прошедших действительную военную службу, и лиц, уволенных в запас, не являющихся военнослужащими запаса (лицами, имеющими военную квалификацию)». Указано, что это добровольцы вне зависимости от квалификации и образования, если они достигли 18-летнего возраста, а также лица, прошедшие военную службу в другой стране, и лица, постоянно проживающие за границей и вернувшиеся в страну для постоянного места жительства.

Кроме того, сообщается, что до 10 000 «бессрочно служащих резервистов могут быть призваны на учения один раз в квартал на два дня в свободное время или на 14 дней единовременно в другие дни, в зависимости от потребностей вооруженных сил». Также стало известно, что сборы могут продолжаться до трёх месяцев, в случае неявки гражданам грозит лишение свободы или штраф.

В Польше готовят внезапный удар: цель – не Украина

Начальник Центрального военного призывного пункта Мирослав Брысь утверждает, что число призванных будет минимальным, однако помимо военных, врачей, медсестер и фельдшеров, меры могут коснуться IT-специалистов, водителей и юристов.

Что это? Мобилизация? 200 тысяч при том, что все вооруженные силы Польши, включая профессиональную армию, составляют всего 160 тысяч. Для чего они хотят использовать такую мощь?

— В Польше в этом году была проведена так называемая «скрытая мобилизация», когда военнослужащие запаса вспоминали на полигонах навыки службы, — напоминает военно-политический эксперт Владимир Сапунов.

— Число привлечённых оценивается в 30−40 тысяч. Ни для кого давно не тайна, что с этих учений ряд участвующих отправлялись на фронт в качестве наёмников. Очевидно, что мобилизационный потенциал в польской армии гораздо больше, и его могут задейстовать.

«СП»: — Как понимать эту инициативу с учениями личного состава в количестве больше самой армии? Любые учения всегда носят провокативный характер? Могут ли они стать началом наступательных действий?

— Пока это всё стоит воспринимать как меры политико-военного характера, а не наоборот. На данный момент ситуация на ТВД развивается для НАТО так, что в официальном присутствии польской армии на нём нет никакой необходимости. А вот в качестве наёмников «добровольцы» или под их видом военнослужащие регулярной армии ещё как нужны. Вот они могут — прямо с учений на фронт.

В Польше готовят внезапный удар: цель – не Украина

«СП»: — Стоит ли опасаться захода польской армии на Западную Украину или Западную Белоруссию?

— Вашингтону пока это не нужно. Польская армия готовилась для открытых действий на Западной Украине на случай приближения туда российской армии. Но тут же пресс-секретарь Песков говорит о том, что приоритетная задача — отвоёвывать территории, официально включённые в состав России. Такая пораженческая позиция вряд ли предусматривает красивые варианты с заходом российских группировок со стороны Белоруссии — на Чернигов, Киев и Луцк. Впрочем, может, примем такие заявления за военную хитрость?

«СП»: — Насколько ВС РФ могут дать отпор как в Белоруссии, так и на Украине, особенно, если мы на Украине завязнем на восточных рубежах?

— Может, но прямой атаки со стороны Украины на Белоруссию не будет. Открытие второго фронта не в интересах Запада. Атака бандформирований, типа «полка Кастуся Калиновского» — да, возможна. Тем более исключена атака регулярной польской армии. Вашингтону сейчас это не нужно. Впрочем, надо понимать, что Польша активно предлагает Западу сценарии своего более агрессивного поведения в отношении Украины. Аналитики НАТО в определённый момент могут допустить возможность усиления польского влияния в «восточных Кресах». Особенно, если Россия будет демонстрировать «готовность к переговорному процессу».

«СП»: — Учения начнутся 27 марта 2023 года. Почему в эту дату? Какие позиции на Украине нам следует занять к тому времени, чтобы можно было сорвать любые планы НАТО?

— Дата понятна — весна — идеальное время для нового наступления ВСУ, когда НАТО поставит новое оружие, закончится очередная мобилизация, боевые украинские бригады будут подготовлены в Европе для новых решительных действий. Тогда и польская армия может начать военные игры, которые, будут, разумеется, отвлекать внимание нашего Генштаба.

Позиции абсолютно понятны — во избежание любых провокаций необходимо тщательно подготовить разрезающий удар на юг в районе Луцка — чтобы заблокировать любые возможности для отправки в том или ином виде польских формирований на линию фронта. По-хорошему это надо было делать не к марту 2023 года. А отрезать Галичину со всеми коммуникациями и возможностями отправки подкреплений от остальной Украины ещё в начале СВО. Пути доставки вооружений и живой силы. Однако, повторю — пока польская армия рассматривается Вашингтоном как фактор воздействия на ТВД только в случае угрозы Западной Украине. Которую в ближайшее время стратегия Кремля едва ли предусматривает.

— Применительно к ситуации в Польше уместно будет употребить понятия «мобилизация» и «милитаризация», — считает доцент кафедры философии и политологии Академии труда и социальных отношений, кандидата политических наук Павел Фельдман:

— Беспрецедентная масштабность анонсированных учений свидетельствует, что польское руководство на концептуальном уровне переосмыслило подходы к обеспечению безопасности страны. Поляки всерьез рассматривают сценарий, при котором российская армия будет стоять вдоль их восточной границы. Милитаризация общества и культивирование русофобии способствуют укреплению власти альянса «Качиньский — Дуда».

В Польше готовят внезапный удар: цель – не Украина

«СП»: — На НАТО в Варшаве уже не особо рассчитывают?

— Очевидно, в Восточной Европе наступило разочарование относительно способности НАТО защищать своих членов и союзников. На фоне украинских событий Североатлантический альянс продемонстрировал нерешительность, инертность и безволие, ведь основная помощь Киеву поступает в рамках двусторонних контактов от отдельно взятых западных государств, а не от блока НАТО. Интересно наблюдать за тем, как страны ЕС пытаются возрождать свои армии. К ним наконец-то пришло осознание того, что в вопросах обеспечения безопасности нельзя всецело полагаться на США. Если французы и немцы до сих пор лишь рассуждают о создании армии объединенной Европы, то поляки решили взяться за дело, не дожидаясь сигнала из Брюсселя.

«СП»: — В последнее время много говорится о возможности захода поляков на Украину. Насколько это серьезно?

— На сегодняшний день у поляков нет необходимости аннексировать Западную Украину. Между Киевом и Варшавой установились патрон-клиентские отношения. Они солидарны в оценке внешних угроз и приоритетов двустороннего сотрудничества. Геополитический смысл подобный дружбы очевиден: действуя в альянсе, эти две страны образуют единый оборонительный рубеж и транспортный коридор от Балтики до Черного моря. Теоретически можно предположить, что в случае обрушения нынешней украинской государственности возникнет ситуация безвластия, при которой Польша постарается занять часть украинских земель, мотивируя это нежеланием пускать туда Россию. Однако для реализации подобного сценария должен, как минимум, произойти очередной Майдан. «СП»: — Белоруссии есть, чего опасаться?

— Калининградская область и Беларусь всегда находятся в зоне повышенного риска — такое уж у них положение на карте. Угрожая Калининграду экономической блокадой, власти Польши и стран Балтии сами актуализируют вопрос о Сувалкском коридоре, а потом проводят учения для отражения мнимой угрозы. Что касается подготовки к войне на восточном фланге Европы, то этот процесс, безусловно, идет полным ходом. Мы вступаем период тотальной конфликтности и непредсказуемости международных отношений, когда между ключевыми мировыми игроками утрачиваются остатки доверия и взаимопонимания. Если дипломатия терпит фиаско, то на первый план выходит фактор силы.

Дмитрий Родионов

Добавьте Интересную Россию в избранное

1 комментарий

Оставить комментарий

Комментарий появится после проверки модератором. Ваш электронный адрес не будет опубликован.